Первый привал сделали у первого ручья.
– Обратно мы идем медленнее, – сказал Ян. – Скоро стемнеет, ориентироваться придется только по карте Робина. Сейчас, пока светло, надо съесть все, что есть.
Ян разделил курятину и хлеб на три части и достал флягу, чтобы наполнить ее водой из ручья. Внезапно выяснилось, что в нижней части фляги есть большая дыра… Катарина достала из сумки вторую флягу, та тоже оказалась с дырами, как будто она пролежала в земле лет десять. Что за черт? Появился Бдарх:
– Проверьте металлические крепления у мечей и арбалета. Да и состояние самих мечей и кинжалов может оказаться под вопросом. Сейчас не буду грузить вас объяснениями. Ян, связь с Лексом у тебя есть через Робина, если что, вызывай подмогу.
Бдарх исчез, они проверили крепления. Да, парочка колец на поясе Камала были ржавыми, но пока держались. У Яна развалилась металлическая застежка на ремне крепления меча. Ян застежку выбросил и связал ремни узлом.
Солнце быстро садилось, вместе с ним опускалась температура. Ян шел первым, за ним Катарина, за ней Камал.
– Впереди справа вверху на дереве хищник, – сообщил Робин, подсвечивая место на карте.
Ян поднял арбалет, вглядываясь в темноту. Огромная лесная кошка, уловив, что нападение из засады уже не получится, перепрыгнула на соседнее дерево, мелькнув изящным темным силуэтом на фоне еще светлого неба, и ушла вглубь леса.
Дальше продвигались без приключений.
Переправились через очередной ручей, и Ян оглядел свою команду. Катарина явно устала, Камал тоже не в лучше форме.
– Привал, отдыхаем минут десять, – сказал Ян.
Они с Камалом привычно уселись спина к спине, у каждого свой сектор наблюдения, арбалет лежит под рукой. Катарина пристроилась рядом с Яном, подрагивая от холода. Ян прижал ее к себе:
– Грейся, я горячий, – улыбнулся он.
Действительно, Ян оказался очень теплым. Катарина прислонилась к нему, согреваясь.
– Почему так? – удивилась она. – Почему я мерзну, а ты нет?
Эксперимента ради Катарина нащупала руку Камала и потом дотронулась до руки Яна – разница температур была очевидной.
– Метаболизм у меня такой, – объяснил Ян. – Температура тела поддерживается постоянной независимо от температуры среды. В определенных пределах, конечно, но пределы эти шире, чем в среднем по популяции.
– Это врожденное или ты тренировал? – спросила Катарина.
– Не помню, – честно ответил Ян. – Наверно врожденное свойство, но с последующим развитием ввиду сложных жизненных обстоятельств.
Ян беззвучно засмеялся, продолжил уже серьезно:
– Я почувствовал, что лучше согласиться с её высказыванием. Иначе она могла тебя не отдать и пришлось бы ссориться с удами… А вообще, ВЫ ВСЕ МОИ. И обитатели острова, и замка. И за каждого из вас я буду драться до последнего… Так понятно?
Катарина кивнула, придвигаясь поближе к Яну:
– И за преступника Камала будешь сражаться? – опять спросила она.
– Конечно! Это для Эмо-ма он преступник, а для меня боевой товарищ и тренер, – ответил Ян и ощутил от Камала теплую волну благодарности.
– Митрич рассказывал, как однажды твоя группа спецназа вернулась с задания чуть живая от усталости, – вспомнила Катарина. – Все упали без сил… А ты попил водички, полежал пять минут и пошел выносить вашего раненого, спрятанного в овраге. Пошел один! Потому что больше никто из группы не мог это сделать. И ты его вытащил… На себе.
– Да, было дело…
– Наверно поэтому они все в твою команду рвались, – предположила Катарина. – Знали, что не бросишь…
Они посидели еще немного.
– Камал, ты как? – спросил Ян.
– Отдохнул, могу идти.
Катарина поплотнее запахнула плащ, чтобы сберечь полученное от Яна тепло, и они пошли дальше.
– По карте осталось полчаса ходу, – сообщил Ян.
Дома
Что может быть лучше возвращения в теплый надежный дом после опасной прогулки? Когда они подошли к точке перехода, Ян, по подсказке Лекса, нашел маленький фонарик с узким лучом, чтобы осветить путь через развалины. Он спустился вниз первым, помогая Катарине добраться до двери, потом через переход прошел Камал, придерживая раненую руку. Ян оглядел тихую ночь и шагнул в переход вслед за ними. Створки двери сзади мягко закрылись, и он попал в объятия Лекса. Рядом Катарина плакала на плече у Уны.
– Это я от радости, Ян, – сказала она, всхлипывая и вытирая слезы.
Пит открыл дверь медицинского бокса, приглашая туда Камала.
– Ты рискуешь, Пит, – тихо проговорил Камал. – Оказание помощи изгнаннику…
– Заткнись, – прервал его Пит, – тебе нельзя разговаривать с Эмо-ма, поэтому просто делай, что говорю.
Камал зашел в медбокс, лег в кресло, Пит положил ему руку на лоб, Камал улыбнулся и уснул. Уна еще раз обняла всхлипывающую Катарину и пошла помогать Питу.
– Уна сказала, что с Митричем все хорошо, но к нему еще нельзя, – прошептала Катарина Яну. – С ним работают Дэн, Ольга и Майя.
– Понял. Руки покажи, – неожиданно приказал Ян.
Катарина удивленно протянула ему ладони.
– Вот, следы от веревки, – Ян показал на темно-красные полосы на запястьях Катарины. – На ногах то же самое должно быть.
Катарина приподняла юбку. Да, на лодыжках и выше были такие же следы, причем в некоторых местах уже начали воспаляться. Ян выдал ей указание: в душ, переодеться в обычную одежду, следы от веревки смазать из этого тюбика, тщательно проверить, нет ли еще чего, костюм сложить на полку. Дал ей в руку тюбик и легонько подтолкнул к двери склада. Катарина кивнула и пошла выполнять. Ян сел на пол в коридоре, где еще недавно стояли скелеты погибших от селя неизвестных воинов. В коридор вошел Грегор и сел рядом с Яном.
– Надо еще один такой же бокс сделать, да? – спросил он у Яна.
– Да, – ответил Ян. – С душем, туалетом, полками и коробками под одежду, оружие и прочее. Эти два бокса можно соединить дверью.
– Сделаем, – кивнул Грегор. – Что произошло, в чем причина инцидента? Можешь сейчас по свежим впечатлениям объяснить?
– Моя недоработка, – вздохнул Ян. – Не учел специфику Эмо-ма. У нас мальчишки с яслей в войну играют и знают, что, если кому-то поручили пост наблюдения и охраны, то надо там стоять до конца, ни на что не отвлекаясь. Это как бы очевидные для нас вещи. Но Камалу, как настоящему Эмо-ма, это надо было объяснить и проконтролировать пару раз, и поправить, если он вел себя не так, как надо. Я этого не сделал. Камал действительно мастер средневекового боя, но, по сути своей, человек совершенно гражданский, военных навыков у него нет. Это первое. Второе. Митрич тоже вел себя не лучшим образом. Не вовремя расслабился и пялился на бабу вместо того, чтобы бдить и сканировать пространство. За что и получил. Я с ним еще поговорю. Третье. Муха Бдарха почему-то выдала сигнал тревоги слишком поздно. Группу удов она заметила далеко на подходе, но сигнал был подан только когда они уже вплотную подошли к развалинам. Надо выяснить, почему это произошло и исправлять.
Ян поднял голову и увидел, что напротив сидит Бдарх.
– Я уже проверил алгоритм, вшитый в муху, – сказал он. – Муха сначала распознала удов как группу животных (лошадь и гориллы), тем более что впереди сначала бежала лошадь, а уды шли под ее прикрытием. Поэтому муха не выдавала сигнал тревоги. Сигнал прозвучал только когда они подошли ближе, и муха распознала их как группу вооруженных дикарей с лошадью.
– Так что искусственный интеллект, вшитый в муху, надо продолжать обучать, как и Эмо-ма, – продолжил Бдарх. – Я отправил еще один аппарат снимать удов и вакров в разных ракурсах для обучения ИИ.
– Камал понял свою ошибку? – спросил Грегор.
– Да, – ответил Ян. – Я тоже сделал выводы и внес поправки в программу тренировок.
Грегор одобрительно кивнул и поднялся, Ян тоже встал.
Из дверей склада вышла Катарина, одетая как обычно, поклонилась Грегору с Бдархом и сунула тюбик в руку Яна:
– Я все сделала, – отчиталась она.
– Хорошо, – сказал Ян. – Иди отдыхай.
Катарина улыбнулась всем троим, помахала рукой и отправилась к переходу на остров.
– Кстати, Ян, я дал добро на применение огнестрельного оружия и кратковременный выход (не дольше пяти минут) в обычной вашей военной экипировке в радиусе 100 м от точки перехода для защиты наших людей и самой точки перехода, – сообщил Бдарх.
– Принял, – кивнул Ян и отправился в душ и переодеваться.
Это было очередное воспоминание Яна (см. Часть1. Пролог). Вернемся на минутку в настоящее время.
– Скажи, начальник, а ты всегда вину на себя берешь за общий косяк? – спросил Бдарх.
– За действие группы отвечает командир. Ставить в охрану влюбленного по самые уши Митрича — это была моя ошибка. Не проверил Камала — тоже моя ошибка. Я для себя выводы сделал. Еще есть вопросы?
