– Предлагаю устроить небольшую эпидемию на корабле МИ6, – сказал Бдарх. – Пусть ребята отдохнут недельку. Работают ведь без выходных… То в аномалию слазить, то Джеффри дубасить двое суток… Им точно отдых нужен.
– Если ситуация будет конфликтная, то за эти десять секунд меня успеют раз десять пристрелить, – пробормотал Ян, разглядывая пластыри.
– Так ты же с Димой пойдешь, он тебя подстрахует, – Бдарх взглянул на Диму. – Да, верно?
– Я подстрахую, вы мне только толком объясните, что к чему… – покивал головой Димон.
И Ян начал рассказывать.
Лекция Яна про чудесные пластыри.
Во-первых. Если этот пластырь кто-нибудь из присутствующих себе куда-нибудь прилепит, то ничего сверхъестественного не произойдет. Он будет работать как обычный пластырь из аптеки.
Во-вторых. Для того, чтобы проявились замечательные скрытые свойства, пластырь надо активировать особым образом. Что это за активация, я рассказывать не буду. Сейчас это не важно. Важно то, что пластыри создавали под применение их народом Эмо-ма. Этим людям для активации достаточно провести пальчиком про приклеенному пластырю. Мне на это надо гораздо больше времени.
В-третьих. Если я, например, прилеплю пластырь на Диму и проведу активацию, что с Димой будет происходить после этого?
1. Он погрузится в крепкий здоровый сон. Пластырь на его руке станет невидимым и через несколько минут совсем растворится в теле.
2. Дима забудет все события, которые с ним происходили минут за пять-семь до активации пластыря.
3. Через несколько часов начнутся симптомы, характерные для инфекции: высокая температура, рвота, диарея, проблемы с дыхательными путями (кашель, насморк, боль в горле), сильная усталость, сонливость, слегка замутненное сознание и легкая потеря ориентации. Работоспособность нулевая, медикаменты не помогают.
При этом никакие инфекционные агенты в организм не вводятся! Через неделю все пройдет, осложнений не будет.
Если прилепить такой пластырь на Сюзанну – мы гарантированно обеспечим неприкосновенность аномалии на ближайшие дня три-четыре, как минимум. Чтобы Мэйв не мешала Сюзанне болеть, ей мы тоже прилепим пластырь. Пусть болеют вместе. Ну и всей команде МИ6 не помешает отдохнуть, как советует Бдарх. За это время самеры сделают с аномалией все, что надо.
Ян: программа действий
Сейчас на корабле ночь, надеюсь, скоро все уснут. Охраны там нет, только вахтенный офицер в рубке.
Нам надо пройти через аномалию на корабль, прилепить и активировать, как минимум, восемь пластырей и вернуться обратно. Думаю, полчаса нам хватит.
Идем втроем: я, Дима и Павел. Дед нам нужен как проводник по аномалии, он выходить не будет, будет ждать нас внутри аномалии на корабле. Мы с Димой проходим по каютам, делаем что надо, возвращаемся к Павлу в аномалию и приходим сюда.
Задача Димы — ограждать меня от внешнего воздействия, когда я буду заниматься активацией пластыря.
– Понятно, в общих чертах? – Ян посмотрел на Диму и Павла, те кивнули. – Хорошо, тогда идем дальше. Двигайтесь ко мне поближе.
И произошло маленькое чудо.
– Робин, дай схему корабля, – тихо сказал Ян, и перед ним над столом появилась полупрозрачная трехмерная схема океанографического судна. На ней были видны все палубы, устройства и помещения: каюты, коридоры, переходы, трапы и так далее.
– Робин, обозначь аномалию.
На схеме появилось вытянутое вертикальное облако, проходящее сквозь корабль. Над кораблем оно рассеивалось, а чем ниже (глубже), тем оно становилось плотнее.
– МИ6 работает с аномалией вот в этом помещении, – продолжил Ян (помещение на схеме обозначилось цветом), – но нам туда выходить неудобно. Когда идет работа с ПВА, корабль удерживается в нужной точке с хорошей точностью с помощью двигателей, управляемых компьютером, за это отвечает система динамического позиционирования. Когда работы с ПВА нет, корабль дрейфует в области примерно 30 метров вокруг этой точки, чтобы двигатели включать реже. Значит, если оператор отдыхает, аномалия может перемещаться в довольно больших пределах по кораблю и даже выходить за его пределы. Поэтому на палубе, где больше открытого пространства, выходить удобнее, чем в тесном помещении. Тем более, там все заперто, сигнализация и прочее… Павел, мы сможем выйти на палубу?
Павел пояснил, что выйти можно в любое место, где «облако» аномалии соприкасается с кораблем. В том числе и на палубу. Если корабль слишком «удрейфует» относительно аномалии, придется ждать, когда он вернется в более удобное положение.
Дальше они начали смотреть на схеме расположение кают и проходы к ним, коридоры, переходы и прочее — начали выстраивать маршрут. А потом Ян встал и потянулся, расправляя мышцы и поглядывая на Любашу, которая тихо сидела в уголке рядом с чайником.
Бдарх исчез и тут же появился опять с тремя большими пакетами из крафтовой бумаги:
– Это форма экипажа корабля. Команда МИ6 тоже в такой одежде там ходит. Одевайтесь. Размер должен вам подойти. Там сейчас лето, но ночью уже прохладно и сейчас дождик моросит. Волнение 1 балл, почти штиль. Дрейф корабля незначительный, аномалия должна быть на месте.
Форма представляла собой светлую рубашку, темный комбинезон из плотной ткани с множеством карманов, такую же куртку и бейсболку с эмблемой.
Они быстро переоделись, и Ян увел Диму в коридор для согласования языка жестов. Эта процедура тоже не заняла много времени. Вероятно, этот язык во многом универсальный во всех мирах.
Вернувшись из коридора, Димон сжал Любу в медвежьих объятиях, приподнял, отпустил, и они втроем пошли к уже открытому Павлом овалу ПВА.